Книга Иова.
7.
Не определено ли человеку время на земле, и дни его не то же ли, что дни наемника? 
Как раб жаждет тени, и как наемник ждет окончания работы своей, 
так я получил в удел месяцы суетные, и ночи горестные отчислены мне. 
Когда ложусь, то говорю: “когда-то встану?”, а вечер длится, и я ворочаюсь досыта до самого рассвета. 
Тело мое одето червями и пыльными струпами; кожа моя лопается и гноится. 
Дни мои бегут скорее челнока и кончаются без надежды. 
Вспомни, что жизнь моя дуновение, что око мое не возвратится видеть доброе. 
Не увидит меня око видевшего меня; очи Твои на меня,- и нет меня. 
Редеет облако и уходит; так нисшедший в преисподнюю не выйдет, 
не возвратится более в дом свой, и место его не будет уже знать его. 
Не буду же я удерживать уст моих; буду говорить в стеснении духа моего; буду жаловаться в горести души моей. 
Разве я море или морское чудовище, что Ты поставил надо мною стражу? 
Когда подумаю: утешит меня постель моя, унесет горесть мою ложе мое, 
ты страшишь меня снами и видениями пугаешь меня; 
и душа моя желает лучше прекращения дыхания, лучше смерти, нежели сбережения костей моих. 
Опротивела мне жизнь. Не вечно жить мне. Отступи от меня, ибо дни мои суета. 
Что такое человек, что Ты столько ценишь его и обращаешь на него внимание Твое, 
посещаешь его каждое утро, каждое мгновение испытываешь его? 
Доколе же Ты не оставишь, доколе не отойдешь от меня, доколе не дашь мне проглотить слюну мою? 
Если я согрешил, то что я сделаю Тебе, страж человеков! Зачем Ты поставил меня противником Себе, так что я стал самому себе в тягость? 
И зачем бы не простить мне греха и не снять с меня беззакония моего? ибо, вот, я лягу в прахе; завтра поищешь меня, и меня нет. 
